Донское казачество: национальное воспитание юношей

В независимом государстве донских казаков (1549-1708 г.г.; 1917-1920 г.г.) особое место уделялось национальному воспитанию подрастающего поколения. Юноши воспитывались в строгих национальных рамках, где заветы отцов и дедов почитались, прежде всего, где слова отца воспринимались как последняя истина в инстанции. Воспитание мальчика начиналось с раннего детства. Первый раз казачонка стригли, когда ему исполнялся год от роду. Этот обряд описан ещё в древних летописях, как национальный воинский ритуал и он сохранился до наших дней.

Годовалого казачонка на женской половине дома усаживали на кошму, и крёстная срезала его первые пряди волос, которые потом всю жизнь хранились за именной иконой. Постриженного мальчишку женщины передавали взрослым мужчинам и те несли его к церкви. Там всех ждал неосёдланный конь. Казачонка сажали верхом на коня, на расстеленный шёлковый платок и гадали, как он будет себя вести, по малейшим приметам старались угадать судьбу будущего воина. Схватится за гриву – будет жив. Заплачет, повалится с коня – быть убитому. Коня обводили вокруг церкви. Потом отец брал сына на руки, а крёстный надевал на них обоих портупею, так, чтобы издали казалось, будто идёт по улице казак при шашке.

У ворот родного куреня донских казаков встречали женщины.

- Казака принимайте! – говорил крёстный.

Крёстная снимала с отца и сына шашку со словами:

- Возьми, крёстный, шашку, нашему казаку ещё расти нужно – береги её до срока.

Крёстный принимал оружие и хранил его, пока не вручал в 17 лет, после того как донского казака приписывали к полку. Он же, крёстный, обучал крестника всем видам военного искусства: рукопашному бою, верховой езде, владению холодным оружием, стрельбе. Считалось, что отец может быть либо излишне строг, либо слишком мягок, а крёстный будет хоть и строг, но справедлив.

Обучение было тяжёлым и постоянным. Стрелять учили с 7 лет, с 10 лет – рубить шашкой. Сначала пускали тонкой струйкой воду и «ставили руку» так, чтобы клинок шёл под правильным углом и резал воду, не оставляя брызг. Потом  «рубили лозу»: сначала сидя на деревянном коне – бревне, затем и на боевом, по-строевому оседланном.

А ездить верхом мальчишку учили лет с трёх, поэтому очень важным этапом в жизни будущего воина было получение первых штанов – без них ездить было невозможно. Не случайно штаны изобрели скифы – лучшие всадники древнего времени. У донских казаков на протяжении веков сложился праздник первых штанов. Мальчишку поздравляли с получением этой одежды, дарили подарки.

Казачонка воспитывали гораздо строже, чем девочку. Его жизнь с самого раннего детства была наполнена трудом и обучением, однако оставалось время и для игр. Но сами игры были такими, что в них донской казак тоже учился либо работе, либо воинскому искусству. Одной из самых любимых была древнейшая игра пастухов – дзига, или кубарь, в которую играли с самого раннего возраста. Специально изготовленную вертушку, похожую на шпульку и на волчок, подхлёстывали кнутами. Условия были разными: гоняли, стараясь не уронить; гоняли по маршруту; гоняли каждый свою дзигу, стараясь обогнать друг друга в беге. Особые умельцы ухитрялись выделывать потрясающие номера с кубарём: подбрасывали его в воздух; попадали кубарем в цель за много метров, сшибали кубарями кубари противников…

Не смотря на то, что взрослые донские казаки считали «гонять кубаря» пустым занятием, многих именно оно обучило ловкости, глазомеру, реакции, да и просто владению пастушьим бичом и боевой нагайкой.

В 7 лет мальчика по ритуалу стригли второй раз. Бритоголовый он первый раз шел в баню с мужчинами, а затем к исповеди. Дома после праздничного обеда, на котором он последний раз ел детские сладости, под  роняемые украдкой слёзы матери, казачонок собирал свою постель и переходил из детской в комнату  братьев. Старшие братья осматривали его одеяло, подушку и выбрасывали их, если считали слишком тёплыми или мягкими.

- Все, - говорили они. – Учись служить. Теперь ты не дитё, ты – полказака. С этой минуты мальчика могли наказывать только мужчины, женщины не имели права вмешиваться в его воспитание. А когда старшие уезжали из дома, он оставался за старшего.

- Смотри, - говорил отец, - на тебе дом и женщины.

И если поначалу это могло восприниматься не совсем серьёзно, то лет в десять казачонок уже полностью понимал всю меру ответственности и действительно был опорой дома и семьи.

 

 

Статистика


Rambler's Top100
Подписаться